НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВНЕДРЕНИЯ ЦИФРОВОЕ ЭКОНОМИКИ В РФ

Г.Г.Егоров, И.Б.Орешкина

Введение: современное общество предполагает создание юридических механизмов, нацеленных на внедрение цифровых систем, применяемых во всех юридически значимых общественных сферах жизнедеятельности общества. При этом современные федеральные программы и стратегия развития информационного общества в России являются базовыми элементами экономического развития страны. Целью работы является выделение основных юридических составляющих современной цифровой экономики РФ. С помощью методов научного познания, прежде всего метода системного анализа, установлено, что сложность выделенной проблемы предполагает использование как правотворческого, так и правореализационного «виденья» основных направлений и форм правовой адаптации цифровых систем сопровождения современной экономики страны. Результаты: отмеченные недостатки развития нормотворчества выявлены на основе анализа данных электронных банков, позволившего обосновать необходимость правовой регламентации цифровых отношений в аспектах совершенствования норм права и правоприменительной практики в стране и предложить ряд мер по их устранению. Выводы: необходимо 1) сформировать нормативные условия адаптации цифровых прав для субъектов предпринимательской деятельности; 2) ввести единообразный подход к понятию цифровых отношений; 3) обосновать наиболее значимые преимущества по внедрению цифровых отношений и информационных технологий, охватывающих все общество в целом.

Ключевые слова: цифровая экономика, правовые регуляторы социальных отношений, системный подход, проблемы внедрения цифровых форм, социально-значимое поведение, цифровое право.

 

Введение

Развитие современного общества невозможно без создания юридических механизмов, внедряющих цифровые системы во всех юридически значимых отношениях в пределах реализации общественно значимых интересов. Современная федеральная программа и стратегия развития информационного общества в России являются базовыми элементами экономического развития страны [11; 13]. Бесспорно, они невозможны без реализации форм государственного регулирования, направленного на создание юридических регуляторов, определяющих статус информации как базового явления современного государства.

«Цифровизация» в России

Как неоднократно отмечалось в юридической литературе, государственное регулирование экономики есть вид нормативной, индивидуально-регулятивной и организационной деятельности государства в лице своих уполномоченных органов, воздействующий на рыночный процесс с целью защиты публичных интересов [10]. При этом ряд авторов под государственным регулированием понимают установленные государством общие правила поведения всех участников общественных отношений и их адаптацию в зависимости от изменяющихся условий (см., напр.: [8, с. 271]). Данная точка зрения отражает совокупность публичных и частных интересов в правовом регулировании информационных отношений. Так, по мнению Э. Маркварта, правовое государство должно стремиться к максимальному учету и сбалансированности как публичных и частных интересов в финансовой деятельности [1, с. 44], так и форм их проявления в экономических отношениях; при этом необходимо свести к минимуму конфликты, которые неизбежно будут возникать между ними, особенно при формировании механизмов и способов осуществления эффективного правового регулирования. Уместно будет в данном контексте отметить точку зрения Е.П. Губи- на, согласно которой «любое законодательство решает конкретную задачу, и если оно не отвечает потребностям экономики, оно в принципе и не нужно» [3, с. 9].

Все формы по оптимизации государственного управления с учетом внедрения в них использования информационных сетей связи и Интернет направлены на обеспечение юридического механизма по доступу граждан к информации, а также защиты персональных данных граждан, обеспечение законности при сборе, накоплении и распространении информации о гражданах и организациях и определяют основы информационного законодательства [4, с. 154].

Законодатель в п. 1 ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (Закон об информации) определяет информацию как сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления, очевидно предполагая различные способы ее передачи, включая и ее электронную форму [14].
При этом в юридической литературе под документированной информацией (документом) понимаются объекты материальные, то есть позволяющие отнести их к категории вещей. Это означает, на нее распространяются элементы права собственности, характерные для вещей.

При этом следует отметить, что документированная информация может быть отнесена к особого рода вещам. Главным отличием является двуединство информации и так называемых материальных носителей, что и определяет специфику правовых требований, определяющих ее правовой режим [7, с. 36]. Таким образом, информация представляет собой объект правового регулирования согласно п. 1 ст. 5 Закона об информации и обладает определенной спецификой, заключающейся в ее достоверности, идентификации, материальности и иных свойствах, ее характеризующих.

Отдельное внимание следует уделить правовому регулированию информации как объекта права. Изначально информация была отнесенена к объектам гражданских прав [2], а в настоящее же время юридический статус данной категории был определен в п. 1 ст. 5 отмеченного выше Закона об информации, Гражданском кодексе РФ и ином законодательстве, регулирующем информационные отношения. Но при этом все равно следует констатировать недостаточный уровень регламентации данного блока отношений. Необходимость в должном правовом регулировании основывается на использовании современных информационных технологий, передаче информации в электронной (виртуальной) форме, появлении новых цифровых объектов, идентификации цифровых объектов и многом другом [9, с. 37]. Понятия «цифровая экономика», «цифровизация» на государственном уровне, «цифровизация» при составлении договора и проверки документов контрагента, «цифрови- зация» между субъектами правоотношений формируются и не урегулированы [10, с. 48].

По мнению В.А. Вайпана, цифровая экономика формируется на трех уровнях, которые в своем тесном взаимодействии влияют на жизнь граждан и общества в целом [12, с. 77].

В силу этого законодателем принят во втором чтении законопроект № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации о цифровых правах» [5]. Следует обратить внимание на некоторые положения указанного законопроекта о цифровых правах.

Выводы

Цифровое право, по мнению законодателя, представляет собой объект гражданских прав, оно подтверждается наличием цифрового кода или обозначения, согласно которому обладатель цифрового права может ознакомиться с описанием соответствующего объекта гражданских прав. При этом понятие «цифровое право» вводится законодателем вместо термина «токен», обозначающего устройство для идентификации, и представляет собой код, обладающий экономической ценностью. В этом проявляется сходство понятий «информация» и «цифровое право» как блага.

Еще одной новеллой законопроекта о цифровых правах является понятие обладателя цифрового права, под которым понимается лицо, владеющее цифровым кодом или обозначением, позволяющим обладателю цифровых прав распоряжаться им вплоть до его отчуждения. Таким образом, осуществляется защита прав и законных интересов обладателя цифрового права, заключающегося в ограничении доступа к коду или обозначению. Следовательно, цифровые права представляют собой нематериальный объект права, существующий только в цифровой, а не электронной форме.

Впервые урегулирован вопрос об автоматических операциях по списанию денежных средств по оплате товаров, работ и услуг в электронной форме. Данные сделки именуются как смарт-контракты и используются в банковской деятельности, электронной торговле. Как отмечает П. Крашенинников в подготовленном с его непосредственным участием законопроекте, у продавца будет списано цифровое право, а у покупателя – деньги [6]. Таким образом, главная задача нормативного регулирования такого рода экономических отношений осуществляется за счет принятия решений, которые могут нарушить сложившиеся и устоявшиеся в праве каноны путем введения новых объектов права и новых правил их обращения.

Заключение

Таким образом, при принятии законопроекта о цифровых правах для субъектов предпринимательской деятельности открываются новые преимущества:

– конкурентного преимущества на рынке;

– заключения сделок в электронной форме;

– защиты прав и законных интересов участников правоотношений.

Но для реализации положений законопроекта о цифровых правах потребуется длительная работа по изменению законодательства практически всех отраслей права, так как информационные отношения и информационные технологии охватывают все общество в целом.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Гаджиев, Г. А. Конституционные принципы рыночной экономики / Г. А. Гаджиев. – М. : Юристъ, 2002. – 286 с.
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ : (с изм. и доп. от 03.08.2018 № 339-ф3) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301 ; 2018. – № 32 (ч. I). – Ст. 5132.
3. Губин, Е. П. Важно не ставить во главу угла правовые традиции, а решать экономическую задачу / Е. П. Губин // Закон. – 2019. – № 3. – С. 8-18.
4. Егоров, Г. Г. Роль цифровых технологий в оптимизации гражданского судопроизводства / Г. Г. Егоров, Л. Е. Стрилец // Экология, экономика, право: взгляд в будущее : сб. ст. по материалам науч.-практ. конф., проходившей в рамках Недели науки (Апрель, 2018 г.) / отв. ред. Ю. И. Миронов, Г. Г. Егоров. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2018. – С. 153-163.
5. Законопроект № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации о цифровых правах». – Электрон. дан. –
Режим доступа: http://sozd.duma.gov.ru/bill/424632-7. – Загл. с экрана.
6. Законопроект о цифровых правах принят во 2 чтении // Комитет Государственной Думы по государственному строительству и законодательству : [сайт]. – Электрон. дан. – 05.03.2019. – Режим до ступа: http: //www. komitet2-10. km. duma. gov. ru/ Novosti_Komiteta/item/18320542/ (дата обращения: 01.07.2019). – Загл. с экрана.
7. Копылов, В. А. Информационное право: вопросы теории и практики / В. А. Копылов. – М. : Юристъ, 2003. – 623 с.
8. Марченко, М. Г. Теория государства и права : учебник / М. Г. Марченко. – М. : Зерцало-М, 2002. – 352 с.
9. Минеев, О. А. Роль ЭВМ-систем в реализации принципов систематизации нормативных правовых актов в Российской Федерации / О. А. Мине- ев, Г. Г. Егоров // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 5, Юриспруденция. – 2016. – Т. 15, № 4 (33). – С. 36-41
10. Палехова, Е. А. Понятие информации и цифровой экономики: правовые аспекты / Е. А. Палехо- ва // Предпринимательское право. Приложение «Право и Бизнес». – 2019. – № 2. – С. 46-49.
11. Паспорт национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации». – Электрон. дан. – Доступ из СПС «КонсультантПлюс». – Документ опубликован не был.
12. Правовое регулирование экономических отношений в современных условиях развития цифровой экономики : монография / А.В. Белиц- кая, В. С. Белых, О. А. Беляева [и др.] ; отв. ред. В. А. Вайпан, М. А. Егорова. – М. : Юстицинформ, 2019. – 376 с.
13. Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы» // СЗ РФ. – 2017. – № 20. – Ст. 2901.
14. Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» : (с изм. и доп. от 18.12.2018 № 472-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 31 (ч. 1). – Ст. 3448 ; 2018. – №52.- Ст. 8101.

Источник: Legal Concept = Правовая парадигма. – 2019. – Т. 18, № 3

Просмотров: 25

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code