К ВОПРОСУ О ПРАВОВОЙ СУЩНОСТИ ИНСТИТУТА ЗАЩИТЫ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ НАЛОГОПЛАТЕЛЬЩИКА

Рассмотрение проблем природы института защиты прав и законных интересов налогоплательщика предполагает обращение к вопросу о рассмотрении его правовой сущности. Под сущностью, в свою очередь, понимается “внутренняя, глубинная, скрытая, относительно устойчивая сторона того или иного предмета, явления, процесса, определяющая его природу, совокупность черт и другие характеристики” <1>. Одной из основных сфер бытия является правовая сфера. Эта сфера включает различные конкретные явления, по отношению к которым право выступает как высший конкретный род или априорная категория, обусловливающая существование явлений правовой сферы. Сама сущность как предмет познания раскрывается через совокупность внутренних, свойственных ее природе причинно-следственных связей, с которыми в правоведении связана идея о многоуровневом характере сущности правовых явлений <2>. В качестве такого явления может выступать правовой институт. Сущность института права является онтологической категорией, проявляющейся как закон его бытия, предопределяющей все признаки, цели, причины бытия и исторические судьбы правового института. Сущность правового института можно характеризовать с помощью различных свойств. Однако главное в сущности правового института – не различные свойства, а то, что его сущность является предварительным условием существования в его рамках конкретного фундаментального структурного образования как правового явления. С этой точки зрения сущность правового института находится в определенном соотношении с сущностным определением такого образования правовой материи.

——————————–

<1> Фролов И.Т. и др. Введение в философию: В 2 ч. М., 1989. Ч. 2. С. 112 – 113.

<2> Явич Л.С. Сущность права. Социально-философское понимание генезиса развития и функционирования юридической формы общественных отношений. Л., 1985. С. 80.

 

Особым структурным образованием, выступающим таким правовым явлением, обусловливающим само функционирование и существование института защиты прав и законных интересов налогоплательщика, является “защита прав и законных интересов налогоплательщика”. Из этого следует, что рассмотрение собственно защиты прав и законных интересов налогоплательщика предвосхищает содержание и особенности назначения рассматриваемого института. Таким образом, в рассматриваемой теории фундаментальной правовой категорией является “защита прав и законных интересов налогоплательщика”. Поэтому, рассматривая вопрос о правовой сущности такого института, необходимо говорить о правовой сущности защиты прав и законных интересов налогоплательщика, которая основывается, в свою очередь, на субъективном праве налогоплательщика на защиту.

Как отмечается в юридической литературе, “субъективное право как юридическая категория раскрывается через набор определенных возможностей индивида” <3>. Одновременно правы те авторы, которые, развивая правозащитное направление научного исследования, приводят мысль об обязательном включении в определение общего понятия “субъективное право” (например, Н.И. Матузов <4>), а также в определение “субъективное налоговое право” (Е.К. Варийчук <5>) правомочие их защиты. Субъективное право – это создаваемая и гарантируемая государством через нормы объективного права особая юридическая возможность действовать, позволяющая субъекту (как носителю данной возможности) вести себя определенным образом, требовать соответствующего поведения от других лиц, пользоваться определенными социальными благами, обращаться в случае необходимости к компетентным органам государства за защитой – в целях удовлетворения личных интересов и потребностей, не противоречащих общественным. Действительно, в юридической литературе считается общепризнанным положение о том, что, признавая за тем или иным лицом определенные субъективные права и обязанности, законодательство предоставляет управомоченному лицу и право на их защиту <6>. Не обеспеченное необходимыми правовыми средствами защиты субъективное право, по словам В.П. Грибанова, является лишь декларативным правом, ведь всякое субъективное право представляет собой социальную ценность лишь постольку, поскольку его можно реализовать <7>. Авторы, рассматривающие особенности налоговых правоотношений, также указывают на то, что “несомненным демократическим достижением стало правовое закрепление увеличившихся возможностей субъектов налоговых правоотношений по обжалованию своих нарушенных прав и охраняемых законом интересов” <8>. Несмотря на то что право провозглашено в законе, оно, не будучи гарантированным государством и не закрепленным нормами объективного права, подлежит реализации только по усмотрению субъектов соответствующих правоотношений, по их доброй воле, основанной на правосознании. Поэтому первостепенной целью любого законодательства должна являться полная и всесторонняя защита установленных законом прав и законных интересов субъектов права.

——————————–

<3> Проблемы общей теории государства и права: Учебник для вузов / Под общ. ред. В.С. Нерсесянца. М.: Норма-Инфра-М, 1999. С. 230.

<4> Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 145.

<5> Варийчук Е.К. К вопросу о соотношении субъективных прав и законных интересов в налоговом праве // Финансовое право. 2009. N 8. С. 22.

<6> Общая теория государства и права: Академический курс: В 2 т. / Под ред. М.Н. Марченко. М., 1998. Т. 2. С. 479; Лейст О.Э. Сущность права. М., 2002. С. 84; Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Вып. 3. М.: Изд-во Бр. Башмаковых, 1912. С. 619 – 622.

<7> Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2000. С. 22, 104.

<8> Налоговые процедуры: Учеб. пособие / Под ред. А.Н. Козырина. М.: Норма, 2008. С. 202.

 

Такой вывод подтверждается и анализом конституционных положений, развитых в законодательстве Российской Федерации о налогах и сборах. Отметим, что в действующем законодательстве РФ нормы, формирующие правовые гарантии защиты прав и законных интересов налогоплательщика, содержатся в Налоговом кодексе РФ и иных законодательных актах (Гражданский процессуальный кодекс РФ, Арбитражный процессуальный кодекс РФ и др.). Эти нормы берут свое начало в Конституции Российской Федерации, принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (далее – Конституция РФ, Основной Закон), которая закрепляет исходные положения о правах и законных интересах человека и гражданина и их защите. Согласно Основному Закону государства в Российской Федерации гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45). Тем самым на государство в лице его органов и должностных лиц возлагается обязанность по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина (ст. 2). С этой обязанностью корреспондирует право каждого требовать от этих органов и должностных лиц защиты своих прав и свобод (право на защиту). Так, согласно ч. 2 ст. 45 Основного Закона каждому предоставлено право защищать свои интересы всеми не запрещенными законом способами, согласно ч. 2 ст. 46 – обжаловать в суд решения и действия (бездействие) органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц, согласно ч. 3 ст. 46 – обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты. В Постановлении от 25 апреля 2001 г. N 6-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил следующее: “По своему правовому содержанию конституционный принцип правового государства, рассматриваемый во взаимосвязи со ст. ст. 1, 2 и 45 Конституции РФ, не ограничивается возложением на Российскую Федерацию обязанности признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина как высшую ценность, а предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод” <9>. Согласно конституционным положениям в правозащитной деятельности государства активную и основную роль играет само лицо, обладающее правами, в том числе правом на защиту. Основным Законом страны предусмотрено тем самым конституционное право человека и гражданина на защиту своих прав, свобод и интересов. Используя указанное право, лицо, как верно замечает П.В. Анисимов, не только отстаивает собственный интерес, но и выполняет свой гражданский долг перед обществом, защищает закон и сложившийся в нем правопорядок <10>. Таким образом, одним из неотъемлемых элементов теоретической модели правового государства является институт субъективного права или права в субъективном смысле (права субъекта), то есть права, принадлежащего конкретному лицу <11>, к которому, в свою очередь, в полной мере относится и субъективное право лица на защиту.

——————————–

<9> СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2408.

<10> Анисимов П.В. Права человека и правозащитное регулирование. Проблемы теории и практики. Волгоград, 2004. С. 106.

<11> Зеленцов А.Б., Волков А.М. Правоведение. М.: РУДН, 2010. С. 68.

 

Любое субъективное право налогоплательщика как мера возможного поведения предполагает его возможность свободно распоряжаться данным правом и защищаться в установленном законом порядке. Без этих полномочий субъективное право реализовать невозможно. Основным доводом в пользу именно такого понимания прав налогоплательщика выступает тот факт, что, как указывалось ранее, защита прав и законных интересов налогоплательщика основывается на таком субъективном праве налогоплательщика, как его право на защиту, одновременно являющимся правомочием основного субъективного права (то есть заложенная в нормах объективного права возможность) налогоплательщика и в то же время самостоятельным субъективным правом (в рамках конкретных налоговых правоотношений). Суть такого подхода заключается в понимании того, что права и законные интересы налогоплательщика только тогда превращаются в реальную ценность, когда они надежно гарантированы и защищены государством. Из данных определений однозначно следует вывод о единой сущностной основе субъективных прав и их защиты.

Однако, говоря о субъектах защиты и переходя к анализу положений законодательства о налогах и сборах, регламентирующих защиту прав и законных интересов налогоплательщика, представляется необходимым отметить, что согласно конституционным положениям в основе понятия субъективного права, очевидно, лежит право человека. Бесспорно, что одной из важнейших генеральных идей действующей Конституции РФ является идея свободы личности. Уже в преамбуле Основного Закона говорится, что многонациональный народ Российской Федерации принял эту Конституцию, “утверждая права и свободы человека…”. А.А. Югов по этому поводу замечает: “Законодатель использует в действующем Основном Законе не только термин “человек”, но и как равноценные ему другие термины, такие как “личность”, “все”, “каждый”, “никто”, “лицо”, “лица”. Однако во всех этих случаях за соответствующими субъектами конституционно-правовых отношений признается тот же объем юридических возможностей, который признается за индивидом, определяемым в Конституции РФ с помощью термина “человек” <12>. К ним относятся в том числе физические лица – граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства. Как отмечает Е.А. Лукашева, “права человека – это субъективные права, выражающие не потенциальные, а реальные возможности индивида, закрепленные в конституциях, международно-правовых актах и законах” <13>. По определению А.В. Стремоухова, “право на защиту права есть предусмотренная Конституцией РФ и другими законами возможность человека использовать для защиты своего права собственные разрешенные законом принудительные действия или обратиться в компетентные государственные либо международные органы (организации) с требованием принудить обязанное лицо к правомерному обязательному поведению” <14>. И.А. Блинова в этой связи пишет: “Право человека на правовую защиту с закономерностью объективной необходимости обусловливает весь институт (все содержание) защиты прав человека, является системообразующим элементом этого института и наиболее полно и ярко выражается в регулятивном воздействии на общественные отношения” <15>. Данное право также является важным и для такой отрасли, как налоговое право.

——————————–

<12> Югов А.А. Конституционный статус личности – ядро правовой свободы личности // Конституционное и муниципальное право. 2011. N 5. С. 3.

<13> Нерсесянц В.С. Указ. соч. С. 229.

<14> Стремоухов А.В. Правовая защита человека: теоретический аспект: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. СПб., 1996. С. 31.

<15> Блинова И.А. Институт защиты прав человека (вопросы теории и практики): Дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2007. С. 58.

 

Однако, как верно отмечает К.А. Писенко, “понятие субъективного права в соотношении с понятием “права человека”, очевидно, выступает как более широкое” <16>, поскольку, как отмечается в общей теории права, под правовыми субъектами “понимаются носители субъективных прав и обязанностей – индивиды (физические лица), организации, общественные образования” <17>. В основе субъективного права лежит некое благо <18>, возможность, условия и содействие достижению которого юридически закрепляются и защищаются, а в некоторых случаях и напрямую обеспечиваются <19> государством. Несмотря на различие возможностей (полномочий) индивида, характеризующих его субъективное право, они взаимосвязаны философско-правовым понятием блага, поскольку возможность и совершать определенные действия, и обращаться к государству за защитой, и иные – суть правовые возможности, нацеленные на достижение определенного материального результата, материального <20> блага, к которому стремится индивид. Приведенное утверждение о благостной основе субъективного права правомерно и равнозначно применимо не только к индивиду, но и к коллективам, опосредующим волю и субъективные права индивидов, создаваемым в конечном счете в целях более эффективной реализации прав конкретных людей, создавших, входящих, причастных или зависящих от данного коллектива (организации). Кроме того, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ правовые основы защиты прав граждан принадлежат в равной степени и юридическим лицам, которые, в свою очередь, являются объединениями граждан (см. Постановление Конституционного Суда РФ от 24 октября 1996 г. N 17-П, Определение Конституционного Суда РФ от 1 марта 2001 г. N 67-О, Определение Конституционного Суда РФ от 22 апреля 2004 г. N 213-О). Таким образом, конституционно-правовые основы защиты прав и законных интересов в равной степени принадлежат как гражданам, так и организациям.

——————————–

<16> Писенко К.А. Субъективное административное конкурентное право // Административное право и процесс. 2011. N 4. С. 10.

<17> Алексеев С.С. Проблемы теории права. Свердловск, 1972. Т. 1. С. 276.

<18> Зеленцов А.Б. Административно-правовой спор: вопросы теории. М.: РУДН, 2009. С. 380.

<19> Нерсесянц В.С. Указ. соч. С. 224.

<20> Термин “материальный” в данном случае не противопоставляется термину “духовный” и включает последний. Антиподом термина “материальный” в данном случае выступает термин “юридический” в диаде “формальный – материальный”.

 

Вместе с тем в сфере налоговых отношений физические лица и организации, будучи субъектами налогового права <21>, могут выступать в качестве налогоплательщиков, плательщиков сборов, а также налоговых агентов. Анализируя правовую сущность института защиты прав и законных интересов налогоплательщика, нельзя не учитывать, что налогоплательщик является специальным субъектом <22> российской системы права. По этому поводу считаем необходимым отметить, что говоря о субъектах права (субъектах правоотношения), необходимо учитывать особенности отраслевого правового регулирования налоговых отношений. Как отмечает Р.О. Халфина, “в различных отраслях общественных отношений на первый план выступают различные характеристики субъектов отношений…” <23>. В связи с этим следует присоединиться и к позиции Г.В. Петровой, которая пишет: “Субъекты налогового права и субъекты налогового правоотношения, являясь субъектами финансового права и финансового правоотношения, характеризуются комплексом юридических прав и обязанностей, связанных с уплатой налогов и сборов в бюджеты и внебюджетные целевые фонды, т.е. имеют специфическую направленность, свойственную институту финансового права – налоговому праву” <24>. Как налогоплательщики физические лица и организации имеют общий круг прав и обязанностей (ст. ст. 21 и 23 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ)). В то же время согласно пункту 3 статьи 21 НК РФ и пункту 2 статьи 24 НК РФ, плательщики сборов и налоговые агенты имеют те же права, что и налогоплательщики, следовательно, последним в равной степени также принадлежит и право на защиту. Переходя непосредственно к вопросу о регламентации законодательством о налогах и сборах субъективного права налогоплательщика на защиту, отметим, что в соответствии с положениями НК РФ налогоплательщикам предоставлено право не выполнять неправомерные акты и требования налоговых органов, иных уполномоченных органов и их должностных лиц, не соответствующих НК РФ или иным федеральным законам (пп. 11 п. 1 ст. 21 НК РФ) (самозащита); право обжаловать в установленном порядке акты налоговых органов, иных уполномоченных органов и действия (бездействие) их должностных лиц (пп. 12 п. 1 ст. 21 НК РФ). Налогоплательщикам гарантируется административная и судебная защита их прав и законных интересов (п. 1 ст. 22 НК РФ). Каждое лицо имеет право обжаловать акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц, если, по мнению этого лица, такие акты, действия или бездействие нарушают его права. Нормативные правовые акты налоговых органов могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном федеральным законодательством (ст. 137 НК РФ).

——————————–

<21> Винницкий Д.В. Субъекты налогового права: Дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999. С. 6.

<22> Вопрос об особенностях правового статуса налогоплательщика как субъекта права заслуживает отдельного рассмотрения, что не входит в предмет рассмотрения в рамках настоящей статьи.

<23> Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 138.

<24> Петрова Г.В. Налоговые отношения: теория и практика правового регулирования: Дис. … д-ра юрид. наук. М., 2003. С. 138.

 

Данные выводы позволяют утверждать, что конституционно-правовые основы защиты распространяются и на налогоплательщика как особого субъекта российской системы права. Однако указанные особенности не являются определяющими при выявлении специфики правовой сущности института защиты прав и законных интересов налогоплательщика, а лишь указывают на распространение действия соответствующих конституционных положений по кругу лиц, развитых, в свою очередь, в законодательстве РФ о налогах и сборах и касающихся регламентации субъективного права налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов на защиту. Утверждение же И.А. Блиновой о том, что право человека на защиту является системообразующим и обусловливает весь институт защиты прав человека, вполне применимо, по нашему мнению, и в отношении субъективного права налогоплательщика на защиту к такому комплексному институту, как институт защиты прав и законных интересов налогоплательщика. Бесспорно, что категория “человек” и “налогоплательщик” не употребляются как тождественные. Однако в рассматриваемом случае мы исходим не из различий правового статуса личности и специального правового статуса налогоплательщика, а из общего правового основания таких правовых институтов, а также их целевого назначения – обеспечение правовой защищенности прав, свобод и законных интересов.

Вышеизложенное позволяет утверждать, что субъективное право налогоплательщика на защиту с закономерностью объективной необходимости обусловливает весь институт (все его содержание) защиты прав и законных интересов налогоплательщика, является системообразующим элементом этого института. Конституционное признание права на защиту за каждым налогоплательщиком, будь то физическое лицо или организация (и налоговые агенты и плательщики сборов не являются здесь исключением, несмотря на их особый налогово-правовой статус), возлагает на государство обязанность по созданию необходимых условий для осуществления такого права. В связи с этим представляется обоснованным утверждение о том, что субъективное право налогоплательщика на защиту выступает по отношению к институту защиты прав и законных интересов налогоплательщика проявляющимся основанием, такое право правомерно рассматривать в качестве его сущности.

Богданов Д.В.

Просмотров: 109

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code