§ 7. Черты метода гражданского права в механизме правового регулирования. Определение гражданско-правового метода. Социальная ценность гражданского права

1. В теоретической литературе под механизмом правового регулирования понимают совокупность юридических средств, при помощи которых обеспечивается правовое воздействие на общественные отношения <1>.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. С. 30.

 

С позиций характеристики метода наибольший интерес представляют такие стороны механизма обеспечения эффективности регулирования, как формы реализации права и “психологический механизм” воздействия гражданского права на общественные отношения.

В теории указывается на различные формы реализации права, т.е. претворения его в жизнь: соблюдение, исполнение, использование, осуществление, применение права <1>. Бесспорно, что реализация норм любой отрасли права происходит во всех перечисленных формах. Не следует, однако, представлять дело так, будто отрасли права не отличаются друг от друга формами реализации и что все они отражены в одинаковой пропорции в различных отраслях. Формы реализации зависят от вида норм и путей воздействия права на регулируемые отношения. Так, для уголовного права основной формой реализации норм служит их соблюдение, т.е. исполнение лицами пассивных обязанностей, для административного права – исполнение активных обязанностей. Среди форм реализации гражданского права преобладает использование права, тех возможностей, которыми наделяются субъекты. Конечно, использование права невозможно без соблюдения и исполнения обязанными лицами их пассивных и активных обязанностей, но и то и другое выступает в данном случае условием главной формы реализации гражданского права – использования устанавливаемых им правовых возможностей.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С., Дюрягин И.Я. Функции применения права // Правоведение. 1972. N 2. С. 25 – 26.

 

2. Особой формой реализации права выступает его применение. В теории права не было достигнуто, несмотря на проведение специальной дискуссии, единого представления об этой форме реализации права. Как бы, однако, ни понималось применение права, бесспорным представляется, во-первых, использование данной формы всеми отраслями права и, во-вторых, наличие заметных различий в применении норм в зависимости от их отраслевой принадлежности <1>.

——————————–

<1> Существуют два основных понимания применения права. Более широкое сводится к тому, что применение рассматривается как правомерные действия, которые вызывают, изменяют, прекращают правоотношения и воздействуют на обязанных лиц в целях обеспечения их необходимого поведения (см.: Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. М.: Госюриздат, 1960. С. 129). Здесь применение – это деятельность любых лиц по организации претворения права в жизнь. При более узком понимании применение рассматривается как деятельность государственных органов, которая специально направлена на претворение предписаний юридических норм в жизнь (см.: К итогам дискуссии применения норм советского права // Советское государство и право. 1955. N 3). С этих позиций применение осуществляется специальными органами, большей частью не являющимися участниками регулируемых применяемыми нормами общественных отношений, имеет специальную направленность на претворение права в жизнь, носит государственно-властный характер, осуществляется в специальных формах, имеет организующее содержание.

Бесспорно, что правообеспечительная деятельность государственно-властных органов, выражающаяся в осуществлении государственного принуждения, относится к применению права. И если полагать, что применение выполняет лишь правообеспечительную функцию, то вполне логично считать, что она имеет характер властной деятельности. Но в таком случае за пределами применения права останется вся активная деятельность по претворению права в жизнь до совершения правонарушения.

Поэтому и сторонники интерпретации применения права как властной деятельности вынуждены вводить в него деятельность государственных органов по установлению правовых связей и индивидуальной регламентации отношений, т.е. видеть в применении также правообразующую функцию, соединенную с функцией индивидуальной регламентации.

Поскольку применение – это и деятельность по установлению правовых связей, их индивидуальной регламентации, то к применению следует относить правомерные акты любых субъектов, если они выполняют названные функции. Таким образом, под применением следует понимать правомерные целенаправленные действия по наделению правами или возложению обязанностей на других лиц, а также по применению мер защиты или ответственности.

Другое дело, что необходимо различать виды применения права, во-первых, по содержанию правоприменительной деятельности (правоустановительная и правообеспечительная); во-вторых, по субъектам правоприменительной деятельности и ее характеру: осуществляется ли она стороной отношения или специальным государственным органом, действующим извне, имеет ли она властный характер или нет.

Такое широкое понимание с одновременной дифференциацией применения позволяет в наибольшей степени выявить его особенности в отдельных отраслях права, проследить проявление отраслевых методов в применении норм. Так как по установившейся терминологии под применением понимается лишь властная деятельность, то в целом вся активная деятельность субъектов по реализации юридических норм может быть обозначена термином “осуществление права” (см.: Алексеев С.С., Дюрягин И.Я. Указ. соч. С. 25). Этой терминологии в дальнейшем изложении и будем придерживаться.

 

Различие правоустановительной и правообеспечительной деятельности состоит в том, что первая есть реализация диспозиций норм, а вторая – их санкций. Но поскольку применение санкций основывается в целом на государственном принуждении, то этот вид деятельности, как правило, носит принудительно-властный характер и осуществляется государственными органами.

Для тех отраслей, правоотношения которых строятся на началах власти и подчинения или включают в себя их элементы, характерна в той или иной степени возможность осуществления властной правообеспечительной деятельности одним из участников правоотношения.

Гражданское право как отрасль, обеспечивающая юридическое равенство субъектов правоотношений, по существу исключает возможность принудительного применения санкций одной стороной против другой стороны своей властью, без обращения к государственному органу.

Отрасли права отличаются, далее, различным соотношением правоустановительной и правообеспечительной деятельности в реализации их норм. Если нормы уголовного права осуществляются исключительно в форме правообеспечительной деятельности, то в гражданском праве преобладающей является деятельность правоустановительная.

Существенное своеобразие обнаруживается и в правоустановительной форме осуществления норм гражданского права. Здесь обращают на себя внимание три главные особенности. Первая состоит в том, что в правоустановительной деятельности ведущая роль отводится юридически значимым действиям самих субъектов гражданских правоотношений. Вторая сводится к тому, что правоустановительная деятельность субъектов гражданского права строится на началах их равенства. Третья выражается в том, что правоустановительные акты стороны не только влекут за собой установление (изменение, прекращение) гражданских прав и обязанностей, но и играют значительную роль в индивидуальной регламентации отношений.

3. В теории права отмечалось, что правовое регулирование направлено, во-первых, на упорядочение и закрепление существующих отношений, во-вторых, на содействие развитию новых видов отношений; в-третьих, на вытеснение из жизни общества чуждых общественных отношений <1>. Гражданское право в определенной мере участвует в осуществлении всех названных задач правового регулирования. Но прежде всего оно используется для решения второй из этих задач – развития новых общественных отношений. Подчеркивая творческую роль права, в том числе и гражданского, не следует упускать из виду, что эта роль выражается не в создании или преобразовании реальных общественных отношений, а в стимулировании поведения людей, единственно способных обеспечить наступление социально значимых результатов <2>. Поскольку реализация права происходит через волевое поведение людей, постольку для эффективности воздействия права необходимо надлежащее использование “психологического механизма” правового регулирования, суть которого состоит в формировании и развитии мотивов к поведению, предусмотренному в юридических нормах <3>.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. С. 11 – 12.

<2> См.: Иоффе О.С. Юридические нормы и человеческие поступки. Актуальные проблемы советского гражданского права. С. 12.

<3> См.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 62 – 63.

 

Несомненно, что психологический механизм наряду с некоторыми общими моментами, характерными для правового воздействия вообще, обладает и своими особенностями применительно к отдельным отраслям права.

В тех случаях, когда право направлено на обеспечение пассивного поведения, оно формирует сдерживающие мотивы поведения, что достигается установлением запретов, обеспеченных принуждением <1>. Однако такой путь оказывается непригодным для отраслей, которые призваны обеспечить позитивное развитие отношений. В литературе отмечалось, что отрасли права, способствующие развитию общественных отношений, должны формировать побудительные мотивы к активной деятельности субъектов общественных отношений. При этом указывалось на два основных пути формирования побудительных мотивов: возложение обязанностей к активному поведению и предоставление права на совершение положительных действий <2>. С.С. Алексеев полагает, что именно возложение обязанностей к активному поведению “представляет собой наиболее надежное средство, обеспечивающее развитие общественных отношений” <3>.

——————————–

<1> См.: Лазарев В.В. Особенности реализации правовых предписаний // Советское государство и право. 1972. N 2. С. 27 – 28.

<2> См.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 66-67.

<3> Там же. С. 66.

 

Представляется, однако, что последнее положение нуждается в известной корректировке. Какое средство формирования побудительных мотивов к активной деятельности является наиболее действенным – этот вопрос не может быть решен однотипно для связей, опосредуемых разными отраслями права. Можно согласиться, что для отношений, складывающихся в сфере властного управления обществом, наиболее эффективным средством формирования побудительных мотивов оказывается возложение обязанностей к активному поведению.

Гражданское право регулирует общественные отношения, в которых непосредственно представлены экономические интересы их участников – граждан, организаций, государства. Здесь, следовательно, существует объективная возможность использования соответствующих интересов для стимулирования требующегося обществу активного поведения, поскольку правовым средством удовлетворения интересов служит субъективное право, постольку наделение правом есть наиболее эффективный путь активизации общественно полезного поведения.

Именно в рамках гражданско-правового регулирования возложение обязанности сопровождается установлением прав для обязанного лица, стремление к реализации которых побуждает его к активному исполнению обязанности. Практика хозяйственных взаимоотношений свидетельствует о том, что именно такой комплексный путь стимулирования – возложение обязанности с одновременным наделением равнозначным правом является наиболее эффективным средством побуждения к желательному активному поведению. Наделение правами в рамках гражданских правоотношений стимулирует субъекта к исполнению не только обязанностей перед контрагентом, но и обязанностей, возникающих из плановых актов. В этом состоит один из важнейших аспектов взаимодействия административного и гражданского права.

4. По своему внутреннему строению механизм правового регулирования складывается из следующих основных средств правового воздействия на отношения: 1) юридических норм; 2) правоотношений; 3) актов реализации субъективных прав и обязанностей <1>.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. С. 34 – 38.

 

Рассмотрим соотношение (в той его части, которая еще не анализировалась) отраслевого метода с нормативной основой механизма регулирования. Можно утверждать, что в каждой норме гражданского права закреплен метод этой отрасли. Однако было бы неправильно полагать, что гражданско-правовой метод может быть выведен из отдельной нормы. Отраслевой метод и содержание отдельной нормы соотносятся между собой как общее и частное. Поэтому не точен, на наш взгляд, вывод о том, что признаком каждой отдельной правовой нормы является, наряду с другими, способ (метод) обратного воздействия правовой нормы на общественные отношения <1>. Нормы данной отрасли действительно, отличаются друг от друга конкретным содержанием, но в этом многообразии проявляется то общее в их юридическом содержании, что объединяет их в единую отрасль и выражается в едином для всех отраслевом методе.

——————————–

<1> См.: Шебанов А.Ф. Форма советского права. М.: Юрид. лит., 1968. С. 99, 103.

 

Метод находит свое проявление не только в содержании каждой нормы в отдельности, но и в соответствующей группировке разных видов норм по отдельным отраслям права, а также в имеющихся различиях во внутреннем строении, структуре норм.

В теории нормы делятся на регулятивные и нормы специального действия. Регулятивные нормы в свою очередь подразделяются на обязывающие, запрещающие и управомочивающие. Нормы специального действия классифицируют на правоохранительные, закрепительные, дефинитивные, оперативные. По соотношению норм с индивидуальной регламентацией общественных отношений различают нормы абсолютно-определенные и относительно-определенные, императивные и диспозитивные <1>.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. 2. С. 29 – 30.

 

Гражданско-правовой метод находит свое выражение в преобладании в составе этой отрасли права регулятивных норм, из которых в гражданском праве преобладают управомочивающие и обязывающие (с одновременным правонаделительным действием) нормы.

Для гражданско-правового регулирования характерно определение законом прав и обязанностей участников отношений лишь в основных чертах, в виде “скелета” правоотношений. Детальное определение прав и обязанностей в конкретных правоотношениях происходит на основе усмотрения их субъектов, а также актов индивидуального регулирования государственными органами, не выступающими участниками данных отношений. Вследствие этого в гражданском праве широко представлены относительно-определенные и диспозитивные нормы. В теории права к относительно-определенным нормам относят такие, которые не содержат достаточно конкретных и полных указаний об условиях действий норм или правах и обязанностях сторон и предоставляют возможность государственным органам решать эти вопросы с учетом конкретных обстоятельств <1>.

——————————–

<1> Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. 2. С. 39 – 41.

 

В рассматриваемой отрасли имеется большое количество норм, которые не могут быть отнесены к числу относительно-определенных (в указанном смысле) или диспозитивных, но допускают усмотрение сторон в регулировании отношений. Поэтому было бы неправильно рассматривать их в качестве абсолютно-определенных. Не выразила бы их особенность и квалификация подобных норм в качестве императивных. К таким нормам относится, например, норма ГК, формулирующая понятие договора купли-продажи. Хотя эта норма не является ни относительно-определенной, ни диспозитивной, она предусматривает установление сторонами таких важнейших условий, раскрывающих содержание отношения, как предмет, цена, срок договора <1>. Поскольку особенности такого рода норм не могут быть выражены с помощью приведенной классификации, постольку это свидетельствует о ее неполноте. Не меньшее, чем приведенные классификации, теоретическое и практическое значение имело бы деление на нормы, допускающие поднормативное регулирование отношений и исключающие возможность такого регулирования. С позиций соотношения нормативного и поднормативного регулирования приведенное деление норм должно быть признано основным, наиболее крупным делением. Абсолютно-определенными с этих позиций следовало бы считать нормы, исключающие возможность поднормативного регулирования, а относительно-определенными – нормы, которые такую возможность допускают. В свою очередь относительно-определенные при таком их понимании включили бы в себя нормы диспозитивные и нормы, допускающие дополнение, конкретизацию правил актами индивидуального регулирования. Последняя группа норм по разным классификационным основаниям может быть подразделена на нормы, допускающие возможность одностороннего и двустороннего поднормативного регулирования, устанавливающие возможность регулирования по усмотрению любых участников отношений или только уполномоченных государственных органов. Применительно к последней разновидности имело бы практическое значение разграничение на нормы, предусматривающие поднормативное регулирование актами властных органов, являющихся участниками данных отношений, и органов, не участвующих в регулируемых отношениях.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 39 – 41.

 

Исходя из приведенной классификации гражданское право должно быть охарактеризовано как отрасль, включающая в себя главным образом относительно-определенные нормы. При этом оно содержит нормы диспозитивные и нормы, предусматривающие конкретизацию и дополнение нормативных правил в большинстве случаев двусторонними актами участников гражданских правоотношений, а также властными актами государственных органов, не являющихся субъектами гражданских правовых связей.

В теоретической литературе большое распространение в свое время получила концепция двучленного строения правовых норм <1>.

——————————–

<1> См.: Курылев С.В. О структуре юридической нормы // Труды Иркутского гос. ун-та. Т. XXVII. Сер. юридическая. Вып. 4. Иркутск, 1958; Томашевский Н.П. О структуре правовой нормы и классификации ее элементов // Вопросы общей теории советского права. М.: Госюриздат, 1960. С. 219 и сл.; Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М.: Госюриздат, 1961. С. 160; Шейндлин Б.В. Сущность советского права. Л.: Изд-во ЛГУ, 1959. С. 94; Алексеев С.С. Указ. соч. С. 19 – 25; Черданцев А.Ф. Специализация и структура норм права // Правоведение. 1970. N 1. С. 41 – 49.

Исходя из системности права, из того факта, что каждая норма действует не в отдельности, а непременно в совокупности с другими нормами, что предопределяет их “специализацию”, в частности деление на регулятивные, охранительные и др., сторонники данной концепции не без оснований полагают, что элементы не могут быть одинаковыми во всех нормах безотносительно к их разновидностям. В норме содержатся два основных элемента: 1) указывающий на условия вступления ее в действие; 2) указывающий на юридические последствия условий, названных в первой части (Алексеев С.С. Указ. соч. С. 21). Такие части имеются как в регулятивных, так и в охранительных нормах, поэтому если не углубляться в конкретное содержание названных частей, то можно прийти к выводу, что и регулятивные, и охранительные нормы имеют одинаковую структуру. В стремлении отстоять двучленную структуру некоторые сторонники этой концепции так и поступали. Так, А.Ф. Черданцев, возражая сторонникам трехчленного деления нормы, проводящим различия между диспозициями и санкциями, писал, что последствия, которые зафиксированы в диспозиции, и по своему конкретному содержанию часто мало чем отличаются от последствий, предусмотренных санкцией (см.: Черданцев А.Ф. Указ. соч. С. 46). Представляется, однако, что для обоснования двучленной структуры права вовсе нет необходимости отрицать существующие различия между такими частями норм, как гипотеза, диспозиция, санкция. Более того, попытки доказать чуть ли не полное тождество составных частей регулятивных и охранительных норм как раз подрывают саму основу концепции двучленной структуры норм – учение о специализации норм. И регулятивные и охранительные нормы имеют в своем составе по два элемента, но элемента различных. В регулятивных нормах первым элементом служит гипотеза как указание на юридические события, правомерные действия, влекущие определенные последствия; вторым – диспозиция, т.е. указание на те права и обязанности, которые возникают при наступлении юридического факта. Санкций регулятивные нормы не содержат. Напротив, охранительные нормы состоят из гипотезы (именуемой в уголовном праве диспозицией), указывающей на те действия, которые рассматриваются в качестве правонарушения, и санкции, т.е. указания на те неблагоприятные последствия, которые должны наступить для правонарушителя.

Поскольку нормы права действуют в их совокупности, постольку воплощение права в жизнь представляет собой реализацию гипотез, диспозиций, санкций норм, что и служит источником логического конструирования нормы как единства трех элементов. Фактически это единство обеспечивается не в рамках каждой нормы в отдельности, а в результате взаимодействия специализированных норм. С позиций соотношения отраслевого метода и структуры отраслевых норм весьма важно отметить, что специализация происходит не только в рамках каждой отдельной отрасли права, но и в пределах права в целом. В этом смысле можно говорить не только о специализации норм, но и о специализации и взаимодействии институтов и отраслей права. Несомненно, что структуры нормы, института, отрасли в целом взаимосвязаны между собой, поскольку все эти структуры выступают внутренней формой, отражающей содержание права на разных уровнях его организации (о связи структуры права на различных ее уровнях см.: Захариев Васил. Структура на социалистическата дъержава и право. София: Наука и изкуство, 1970. С. 217 – 229). Если отрасли права отличаются друг от друга юридическим содержанием, что находит свое выражение в специфике отраслевых методов, то такое различие отражается на содержании, а следовательно, и форме на всех уровнях, в том числе на структуре норм.

 

Реализация норм гражданского права в целом есть действие всех разновидностей структурных подразделений правовых норм: их гипотез, диспозиций, санкций. И все же в той специализации, которая определилась между отраслями права, гражданскому праву принадлежит не охранительная, а регулятивная роль <1>. Соответственно этому подавляющее большинство гражданско-правовых норм имеет структуру, типичную для регулятивных норм: они состоят из гипотезы и диспозиции.

——————————–

<1> Разумеется, и охранительные нормы регулируют общественные отношения. Но в данном случае подчеркивается регулятивность в плане позитивной организации нормальных общественных отношений. Такой функции охранительные нормы прямо не выполняют.

 

5. Анализ гражданско-правового метода позволяет определить его следующим образом. Гражданско-правовой метод – способ воздействия на отношения, по своей сущности является дозволительным, характеризуется наделением субъектов на началах их юридического равенства способностью к правообладанию, диспозитивностью и инициативой, обеспечивает установление правоотношений на основе правовой самостоятельности сторон.

Свойства гражданско-правового метода предопределяют его пригодность для регулирования отношений там, где объективно необходима правовая самостоятельность их участников в таких ее проявлениях, как способность к правообладанию, диспозитивность, инициатива, юридическое равенство.

В литературе обоснованно указывается на чрезмерную узость оценки права лишь в аспекте его охранительной функции <1>. Еще большую ценность право представляет в плане позитивной организации общественных отношений. Гражданское право располагает методом регулирования, который предопределяет ценность данной отрасли именно как средства организации, развития экономических отношений.

——————————–

<1> См.: Алексеев С.С. Социальная ценность права в советском обществе. М.: Юрид. лит., 1971. С. 51 – 61.

 

Оно используется государством в качестве средства стимулирования общественно полезной деятельности граждан в экономической сфере <1>. Характер гражданско-правового регулирования позволяет использовать его также для стимулирования творческой деятельности в сфере науки, техники, литературы, искусства и для установления и охраны прав граждан в данной сфере. Наконец, правонаделительный характер гражданско-правового регулирования со всеми его чертами оказывается наиболее приспособленным для охраны чести, достоинства, доброго имени гражданина. Гражданское право, следовательно, представляет ценность не только как важное средство надлежащей организации имущественных отношений, но и для установления и охраны прав личности.

——————————–

<1> См. об этом: Халфина Р.О. Роль права в повышении эффективности социалистического производства // Советское государство и право. 1970. N 11. С. 12 – 19; Алексеев С.С. Возрастание роли права в регулировании хозяйственных отношений // Советское государство и право. 1970. N 4. С. 60 – 69; Масевич М.Г. Материальная заинтересованность предприятий в улучшении деятельности производства // Советское государство и право. 1971. N 10. С. 73 – 80; Лукашева Е.А. Мотивы и поведение человека в правовой сфере // Советское государство и право. 1972. N 8. С. 20 – 27.

К содержанию

Просмотров: 362

No votes yet.
Please wait...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code