ОТДЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЛИКВИДАЦИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА В ГРАЖДАНСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

Ю.В.Худякова, Е.В.Спесивцева

Освещаются некоторые теоретические и практические вопросы, возникающие при ликвидации юридического лица. Особое внимание уделяется изменениям гражданского законодательства в отношении ликвидации организации.

Ключевые слова: юридическое лицо, ответственность, правоотношение, юридический факт, прекращение, ликвидация, банкротство.

 

В рамках проводимой в России модернизации гражданского законодательства Федеральным законом от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» в Гражданский кодекс РФ (ГК РФ) внесены существенные изменения, касающиеся юридических лиц, которые затронули практически все сферы правового регулирования их деятельности как субъектов гражданского права.

Однако в действующем гражданском законодательстве так и не решены многие вопросы — как принципиальные (что такое «ликвидация» и в чем ее принципиальные отличия от, например, реорганизации и других похожих явлений, так и детальные (порядок, сроки, последствия, правовая судьба различных обязательств ликвидируемого юридического лица и т. п.).

В настоящей статье предлагается сконцентрировать внимание на изменениях, касающихся ликвидации юридического лица и обеспечения удовлетворения требований его кредиторов в ходе данной процедуры. Изменения касаются практически всех аспектов процесса ликвидации юридического лица в России: от обязанностей лица, инициировавшего такой шаг, до распределения имущества ликвидированной организации и защиты прав ее кредиторов.

Одно из наиболее важных изменений — новая редакция ст. 61 ГК РФ. Так, отменено универсальное правопреемство прав и обязанностей при ликвидации юридического лица — организация просто прекращает свою деятельность. При этом важно отметить, что срок исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица считается наступившим в момент принятия решения о ликвидации юридического лица [2]. Однако представляется, что данный аспект нарушает права кредиторов.

Для того чтобы провести процесс ликвидации, необходимы денежные средства. Новая редакция ГК РФ также не регулирует спорные случаи распределения расходов по ведению процесса: к примеру, если у ликвидируемого юридического лица недостаточно средств [1]. Ликвидацией организации по умолчанию занимаются ее учредители (участники) либо орган по ликвидации, указанный в учредительных документах. Если эти лица и органы не исполняют своих обязанностей после вынесения соответствующего решения суда, к ликвидации за счет имущества юридического лица приступает арбитражный управляющий. Если средств компании недостаточно на проведение ликвидации, учредители (участники) общества обязаны покрыть эти расходы солидарно за свой счет (п. 2 ст. 62 ГК РФ). Если возможность возложить расходы на учредителей (участников) отсутствует, компания сразу исключается из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) как недействующая [7].

Важны и изменения, касающиеся других вопросов имущественного характера, в частности распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица. Введенный в 2014 г. п. 5.2 ст. 64 ГК РФ устанавливает, что в случае обнаружения имущества у юридического лица, которое уже ликвидировано и исключено из ЕГРЮЛ, заинтересованное лицо или государственный орган имеют право обратиться в суд с заявлением о начале процедуры распределения этого имущества среди лиц, которые имеют на него право. Важно отметить, что в состав имущества входят также требования ликвидированной организации к третьим лицам (например, возникшие вследствие нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов) [3]. Для организации самого процесса распределения обнаруженного имущества суд назначает арбитражного управляющего.

Однако установлены и ограничения для введения процедуры распределения обнаруженного имущества. Во-первых, должно пройти не более пяти лет с момента внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности юридического лица до момента подачи соответствующего заявления заинтересованным лицом или органом, а во-вторых, должен присутствовать необходимый минимум средств для осуществления самой процедуры (в частности, для оплаты работы арбитражного управляющего), а также судом должна быть оценена возможность распределения имущества [5].

Статья 64 ГК РФ устанавливает порядок удовлетворения требований кредиторов ликвидируемого юридического лица (п. 1—5.1) и процедуру распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица (п. 5.2) [6]. Анализ названных норм позволяет сделать общий вывод: обновленный порядок удовлетворения требований кредиторов дефектен, а для урегулирования отдельных частных вопросов менее эффективен, чем ранее действовавший; введенная процедура распределения имущества определена в ГК РФ, только в общих чертах. Очевидно, что и в первом, и во втором случае требуется внесение изменений в гражданское законодательство. Обоснование сделанного вывода и составит характер исследовательской задачи, подлежащей решению [4].

В чем же недостаток действующего порядка удовлетворения требований? В ответе на данный вопрос мы солидарны с мнением Е. П. Губина, который справедливо указывает на главный источник несовершенства законодательства, выражающийся в том, что «оно не отражает и не решает реальные потребности и задачи рыночной экономики, экономической политики и практики».

Вообще, очевидно, что рассматриваемые вопросы требуют своего более детального регулирования в законе.

Представляется, что устранение недостатков нормативного регулирования процедуры ликвидации возможно по одному из следующих направлений:

1) совершенствование норм ГК РФ о ликвидации (например, закрепить в ГК РФ общее определение прекращения деятельности; указать причины, по которым может быть принято соответствующее решение; указать временною рамки применения этой меры; указать последствия истечения срока реализации этой меры и сделать «связку» с нормативными положениями принудительной ликвидации);

2) отказ ГК РФ от самостоятельного регулирования процедуры ликвидации путем подчинения положений о ликвидации нормам законодательства о банкротстве и (или) выделения в качестве обособленного нормативного массива в Законе о банкротстве. Переориентация гражданско-правового регулирования процедуры ликвидации на нормы Закона о банкротстве, которая предполагает закрепление в качестве общего правила нормы о том, что, если иное не установлено ГК РФ, к процедуре ликвидации юридического лица применяются нормы Закона о банкротстве (в части регулирования конкурсного производства), если это не противоречит особенностям ликвидации;

3) предложение более детального построения правового регулирования ликвидации в ГК РФ (например, выделить отдельную статью, в которой будет дано определение ликвидации и указаны ее возможные правовые режимы: добровольная, принудительная, в процессе банкротства; при этом каждый правовой режим должен быть описан в отдельной статье по предложенному принципу: основания, порядок, последствия).

Как показывает история развития современного российского законодательства о ликвидации юридического лица, первое направление следует признать неэффективным и бесперспективным, поскольку оно больше напоминает латание дыр и не соответствует принципу унификации правового регулирования ликвидации, провозглашенному Концепцией развития гражданского законодательства [8].

Второе направление характерно для корпоративного права Великобритании. Вместе с тем оно нашло отражение и в российском законодательстве применительно к вопросам ликвидации кредитных организаций (ст. 23.4 Закона о банках и банковской деятельности ) и негосударственных пенсионных фондов (абз. 3 п. 2 ст. 33.2 Федерального закона от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» ) [4]. Однако, несмотря на это, его реализация вызывает определенные сомнения, причина которых кроется не только в том, что системы права России и Англии относятся к разным правовым семьям, но и в несовершенстве самого Закона о банкротстве, подвергшегося за время своего существования более чем 60 правкам.

Другой немаловажной причиной является то обстоятельство, что Закон о банкротстве изначально адресно нацелен на несостоятельных должников, не способных удовлетворить в полном объеме требования кредиторов. Из этого следует, что основной целью Закона о банкротстве является не ликвидация, а предупреждение несостоятельности (банкротства) должника и восстановление его платежеспособности (п. 1 ст. 1 Закона). Иными словами, ликвидация несостоятельного должника в силу Закона о банкротстве — это крайняя, вынужденная мера, применяемая в случаях невозможности восстановления его платежеспособности [8]. И Закон о банках и банковской деятельности, и Закон о пенсионных фондах в данном случае представляют собой исключения, подтверждающие общее правило. По этой причине полное подчинение положений о ликвидации нормам Закона о банкротстве создаст большое число проблем, в том числе юридико-технического характера. Кроме того, нельзя игнорировать и тот факт, что специфика процедуры добровольной ликвидации в отдельных случаях идет вразрез с концептуальными положениями Закона о банкротстве.

В частности, решение о добровольной ликвидации юридического лица принимается его участниками (учредителями) без обращения в суд; участники (учредители) юридического лица, находящегося в стадии добровольной ликвидации, в любой момент могут повернуть процедуру ликвидации вспять, отменив предыдущее решение о ликвидации (при этом не требуется ни специального обращения в суд, ни согласия кредиторов, что не освобождает юридическое лицо от обязанности удовлетворить заявленные требования кредиторов) и т. п. [2].

Необходимость легального закрепления в ГК РФ отсылочной нормы обусловлена не столько целями унификации и устранения дублирования нормативного материала, сколько необходимостью реально обеспечить работу механизма применения права по аналогии. Дело в том, что предпринятая высшими судебными органами в совместном Постановлении от 1 июля 1996 г. № 6/8 (абз. 2 п. 24) попытка заложить практику применения по аналогии норм законодательства о банкротстве применительно к вопросам ликвидации (назначение ликвидатора, определение порядка ликвидации и т. п.), к сожалению, не нашла широкой поддержки в судебной практике.

Справедливости ради следует отметить, что в литературе была высказана сходная с отстаиваемой в концептуальном смысле, но отличающаяся по частным вопросам точка зрения. В частности, В. В. Чукреев предлагает «продумать и предусмотреть по определенным вопросам, связанным с ликвидацией юридических лиц, приоритет Федерального закона № 127- ФЗ». Однако в целях совершенствования норм о ликвидации юридического лица, в том числе в части удовлетворения требований кредиторов, более перспективным видится третье направление, предусматривающее детальное закрепление в ГК РФ положений о ликвидации [1].

Ликвидация является единой процедурой, представляет собой многоаспектное явление и может быть соотнесена с различными правовыми конструкциями. Взвесив все положительные и отрицательные моменты каждого из подходов, можно сделать вывод, что хоть в гражданское законодательство и внесено некоторое количество важных и весьма полезных изменений, которые, безусловно, способны существенно улучшить правовое регулирование прекращения существования юридических лиц, однако на данный момент не решены как многие концептуальные (ликвидация и иные составы прекращения юридического лица и т. д.), так и многие важные организационные вопросы.

Список литературы
1. Белов, В. А. Что изменилось в Гражданском кодексе? / В. А. Белов. — М., 2015. — 440 с.
2. Губин, Е. П. Право как инструмент решения экономических проблем современной России / Е. П. Губин // Вестн. Моск. ун-та. Сер. Право. — 2012. — № 2. — С. 5.
3. Габов, А. В. Исполнение обязательств по векселю в случае ликвидации юридического лица / А. В. Габов // Гражд. право. — 2016. — № 4. — С. 7 — 10.
4. Лисецкий, С. К. Современные тенденции модернизации гражданского законодательства в сфере ликвидации юридических лиц / С. К. Лисецкий // Власть закона. — 2015. — № 4. — С. 90 — 95.
5. Московая, А. В. Ликвидация компаний по праву Англии и ликвидация акционерных обществ по праву России : монография / А. В. Московая. — М., 2010. — 600 с.
6. Пахаруков, А. А. Удовлетворение требований кредиторов ликвидируемого юридического лица: унификация или дифференциация правового регулирования? / А. А. Пахаруков, А. А. Тюкавкин- Плотников // Закон. — 2016. — № 6. — С. 138 — 151.
7. Рейзер, И. Ликвидация организации / И. Рейзер // Экономика и жизнь. — 2016. — № 39. — С. 1, 4.
8. Чукреев, А. А. Правовое обеспечение ликвидации юридических лиц в свете реализации Концепции совершенствования гражданского законодательства Российской Федерации / А. А. Чукреев // Безопасность бизнеса. — 2012. — № 3. — С. 16.

Библиографическое описание: Худякова, Ю. В. Отдельные вопросы ликвидации юридического лица в гражданском законодательстве / Ю. В. Худякова, Е. В. Спесивцева // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. — 2017. — Т. 2, вып. 4. — С. 56 — 60.

No votes yet.
Please wait...

Просмотров: 18

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code