КЛАССИФИКАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ СИМВОЛИКИ

О.И.Шарно

Аннотация. В статье анализируется предназначение правоприменительной символики с позиции происходящих модернизационных процессов, определяется роль правоприменения в регулировании общественных отношений в условиях модернизации, обосновывается значимость таких правоприменительных средств, как правоприменительные символы, производится построение классификационной модели правоприменительной символики. Автором представлены три группы правоприменительных средств, дано их определение и выявлено их назначение в правоприменительной деятельности.

Ключевые слова: модернизация, право, правоприменение, символы, общесоциальные символы, правовые символы, правоприменительные символы, классификационная модель правоприменительной символики.

Вопрос о необходимости анализа состава правоприменительной символики лежит в основе осознания значения правоприменения в процессе регулирования окружающей действительности в условиях модернизации. В этой связи невозможно отрицать роль права в его совершенствовании, а также тот факт, что общественные отношения, находящиеся в «эпицентре» событий, в целом архаичны, традиционны (ощущается влияние истории, религии, преемственности). «Прошлое» доминирует в условиях повсеместно проводимой модернизации. Две нити — старого и нового, права и тенденций модерна — объединяются в разнородную материю посредством двух основополагающих процессов — нормотворчества и правоприменения. При этом соотносимость последних вполне объяснима. Так, совершенствование правотворчества непосредственным образом влияет на улучшение качества правоприменения, а устранение дефектов правоприменительной деятельности повышает действенность нормативных предписаний. Первое без последнего, как и наоборот, порождает «мертвое право», влечет бездейственность правового регулирования. Поэтому в условиях модернизации именно взаимообусловленность нормотворчества и правоприменения в существенной степени обеспечивает эффективность правового регулирования общественных отношений. Несомненно, будучи теоретической, эта проблема одновременно носит практический характер, а потому актуальна.

Правоприменение, выступая «двигателем» нормотворчества, порождает жизнеспособность правовых норм и, как особый механизм реализации правовых предписаний в жизнь, осуществляется посредством ряда специфических средств, среди которых особое место занимают символы. Можно сказать, что правоприменение пронизано символикой, понятной и доступной окружающим в силу заимствованния из прошлого, порожденного «связью времен». Ее основная роль — быть инструментом экономии правового воздействия на общественные отношения.

Применительно к правоприменению символика представляет некоторое обобщение существующего многообразия разнородных символов из различных областей жизнедеятельности. Чтобы понять, какие из них наиболее эффективны в обеспечении правоприменения в условиях модернизации, следует сформировать классификационную модель (состав) правоприменительной символики.

Наполненность различных сфер человеческой жизнедеятельности символами, с одной стороны, и их многочисленность, соотносимость — с другой, а также то, что правоприменительная деятельность не является изолированным процессом, предопределяет, почему в состав символов правоприменительной сферы следует включить помимо собственно правоприменительных символы общекультурной и правовой специфики. При этом целесообразно анализировать только те, что оказывают прямое или опосредованное воздействие на правоприменительные процессы. Сформируем классификационную модель правоприменительной символики, структурное наполнение которой не иерархично, а взаимообусловлено и применяется в зависимости от цели правового воздействия:

1. Общекультурные символы. Их многочисленность и многообразие вполне объяснимы: символы рождаются и умирают, переходят из поколения в поколение, играя важную роль в жизнедеятельности человека, так как общекультурная символика в большей степени является предметом исторического и культурного наследия. Она отражает традиции поколений, связь времен и классифицируется: по происхождению [2], с позиций функционального проявления [11, с. 143-144], по коммуникативным функциям, по сфере общественной деятельности [8].

2. Правовые символы. Они аналогично разнообразны по содержанию и предназначению, а предикат «правовой» демонстрирует сферу их применения. Их классификацию следует проводить по следующих направлениям:
Через обзор существующих видов правовых символов, не содержащих классификационное деление. Это:
— письменные, устные, изобразительные и символы-действия [3];
— предметные, символы-действия, слова и словесные формулы, имеющие условное значение, музыкальные [1, с. 78];
— предметные, символы-действия, изобразительные, звуковые, световые, языковые или словесные (письменные и устные) [9];
— идентификационная правовая символика (графические) [9].

Через обзор правовых символов, подразделяемых в соответствии с определенными классификационными основаниями:
—    в историко-правовом аспекте: поте- старно-правовые символы «варварских королевств» [12], правовая символика средних веков [4];
— в юридико-технической области: с позиции внешней символической формы — статичные и динамичные, по функциональной роли — регулятивные и обязывающие [5], в зависимости от сферы общественных отношений, по субъектной принадлежности [9];
— в отраслевом аспекте, например, в уголовно-правовой отрасли: группа символов — предметов преступлений, подразделяемых по субъекту их учреждения, по характеру закрепления в УК РФ, по принадлежности к группе пользователей, по происхождению и др. [7].
—    по сфере регулирования общественных отношений: символы правового и индивидуального правового регулирования.
3. Собственно правоприменительные символы. Это наглядные, понятные окружающим в силу доступности восприятия, обнаруживающие связь времен и историческую преемственность прикладные средства. Они олицетворяют действенность права, торжество правосудия, а потому не утрачивают актуальности и в эпоху модернизации, оперирующей символикой глобализации. Их возможно сгруппировать в три основные группы, выделив:
—    атрибутивно-изобразительные правоприменительные символы — наглядно-знаковые статичные предметные образы, осуществляющие непосредственное регулирование в правоприменении;
О.И. Шарно. Классификационная модель правоприменительной символики
—    знаково-графические правоприменительные символы — правоприменительные средства, сочетающие в себе статичность и динамичность, фиксирующие процедурно-процессуальные правоприменительные действия;
— процедурно-процессуальные правоприменительные символы — условные действия, отражающие определенное юридическое содержание правоприменительных действий.

Представленная классификационная модель правоприменительной символики демонстрирует, что достаточно сложно определить границы символоприменения, так как обнаруживается их взаимопроникновение или отождествление [5]. Вместе с тем символ в условиях модернизации, как оптимальное средство коммуникации, на уровне правоприменения служит средством экономии правового воздействия.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бабаев, В. К. Теория государства и права в схемах и определениях : учеб. пособие / В. К. Бабаев, В. М. Баранов, В. А. Толстик — М. : Юрист, 1998. -251 с.
2. Быкова, Т. Н. Политическая символика: к проблеме определения и происхождения / Т. Н. Быкова // Вестник Севастопольского национального технического университета. Серия «Политология». — 2008. — Вып. 91. — С. 148-153.
3. Вопленко, Н. Н. Правовая символика / Н. Н. Вопленко // Правоведение. — 1995. -№ 45. — С. 71-73.
4. Глушаков, А. Ю. Символы в истории цивилизации: юридический аспект / А. Ю. Глушаков // Известия Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена. — 2008. — №> 12(85). — С. 309-315.
5. Давыдова, М. Л. Юридическая техника: проблемы теории и методологии : монография / М. Л. Давыдова. — Волгоград : Изд-во ВолГУ 2009. — 318 с.
6. Ефименко, П. Юридические знаки (опыт исследования по сравнительному обычному праву) / П. Ефименко // Журнал Министерства народного просвещения. — 1874. — Октябрь. — С. 53-83.
7. Кругликов, Л. Л. Юридические конструкции и символы в уголовном праве / Л. Л. Кругли- ков, О. Е. Спиридонова. — СПб. : Юрид. центр Пресс, 2005. — 336 с.
8. Мисюров, Д. Л. Политическая реклама: между рекламой и идеологией / Д. Л. Мисюров. — Электрон. текстовые дан. — Режим доступа: http:// www.novopol.ru/article34.html. — Загл. с экрана.
9. Никитин, А. В. Правовой символ как прием юридической техники / А. В. Никитин // Проблемы юридической техники : сб. ст. — Н. Новгород, 2000. — С. 440-450.
10. Осокин, А. А. Правовое содержание коммерческого обозначения / А. А. Осокин // Патенты и лицензии. — 2000. — №№ 12. — С. 33-35.
11. Рубцов, Н. Н. Символ в искусстве жизни: Философские размышления / Н. Н. Рубцов. — М. : Наука, 1991. — 174 с.
12. Санников, С. В. Потестарно-правовых символы «варварских королевств» / С. В. Санников. — Электрон. текстовые дан. — Режим доступа: http:// www.nsu.ru/classics/law/sannikov-simboly.pdf. — Загл. с экрана.

Вестник Волгоградского Государственного университета. Серия 5. Юриспруденция. 2013. № 3 (20)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code