ПУБЛИЧНЫЙ ДОГОВОР КАК СПОСОБ БОРЬБЫ С МОНОПОЛИЯМИ: НА ПРИМЕРЕ РЫНКА НЕФТИ


М.М.Бабичева

Аннотация. Установление действительной природы гражданско-правовых отношений позволяет определить пределы допустимого вмешательства в них со стороны государства, в частности в вопрос регулирования условия о цене на приобретаемые товары, работы, услуги.

С признанием договора снабжения нефтью договором энергоснабжения возникает необходимость применения к нему положений о публичном договоре, в частности требования об установлении цен на нефть одинаковыми для всех потребителей, что приводит к необоснованному ограничению гражданских прав независимых поставщиков нефти, которые осуществляют свою деятельность в условиях конкуренции.

Вместе с тем, учитывая олигопольный характер рынка нефти, в целях пресечения случаев злоупотребления правом поставщиками-монополистами предлагается на уровне ГК РФ признать публичными договоры поставки товаров (выполнения работ, оказания услуг), осуществляемые лицами, занимающими доминирующее положение на соответствующем рынке.

Ключевые слова: нефть, цена, договор поставки нефти, публичный договор, договор энергоснабжения, способ защиты права.

В период существования в нашей стране плановой экономики отношения по реализации нефти и нефтепродуктов строились на основании последовательных договоров поставки, в качестве одной из сторон в которых выступали производственные объединения по добыче нефти, одновременно выполнявшие функции добычи, поставки и транспортировки нефти [10, с. 26]1.

Вместе с тем модель отношений по реализации нефти в форме снабжения действовала до перехода к рыночным отношениям, когда в процессе приватизации нефтегазовой отрасли во исполнение Указа Президента РФ  «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения» от 17 ноября 1992 г. № 1403 [23] Правительством РФ была учреждена акционерная компания по транспорту нефти «Транснефть» (далее — «Транснефть») (см. Постановление Правительства РФ «Об учреждении акционерной компании по транспорту нефти «Транснефть»» от 14 августа 1993 г. № 810 [15]). В результате изменилась экономическая сущность указанных отношений, что в свою очередь потребовало их оформления новым, ранее не известным российскому законодательству договором транспортировки нефти по магистральному трубопроводу (нефте-, газопроводу), а на месте производственных объединений по добыче нефти, соединявших в себе функции добычи, поставки и транспортировки, появились частные нефтедобывающие компании и независимые от них предприятия нефтепровод- ного транспорта. Каждый из участников трубопроводной транспортировки приобрел, таким образом, гражданско-правовую самостоятельность [6, с. 4-5].

Из изложенного следует, что сегодня отношения снабжения нефтью регулируются двумя самостоятельными договорами — договором об оказании услуг по транспортировке нефти по системе магистральных нефтепроводов и договором поставки. При этом, как верно замечает Е.А. Гаврилина, «отсутствие доступа к системе магистральных нефтепроводов даже при наличии заключенного договора поставки… не обеспечивает производителю нефти доступ к рынку сбыта и блокирует непрерывность снабжения нефтеперерабатывающей промышленности» [5, с. 99].

В настоящее время на практике отношения по продаже нефти и нефтепродуктов по трубопроводу регламентируются ГК РФ, в частности параграфом 3 гл. 30 «Поставка товаров» (ст. 506-534), а также рядом иных нормативных актов [11, с. 86]. Это подтверждается и многочисленной судебно-арбитражной практикой (см., например: постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 26 января 2010 г. № 11479/09 [17]; постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 28 октября 2008 г. № 6273/08 [16]; постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20 сентября 2007 г. № Ф04-6581/ 2007/38441-А46-21 [18]; постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 22 декабря 2010 г. № КА-А40/1579-10 [19]). Следует заметить, что суды также различают собственно отношения по поставке нефти и отношения по транспортировке нефти трубопроводным транспортом, которые суть различные отношения, хотя и могут регулироваться трехсторонним договором с участием транспортной организации. К сожалению, данный аспект не учтен в ГК, в котором рассматриваемые отношения по-прежнему регулируются через модель снабжения (ст. 548 ГК).

В литературе встречаются мнения о необходимости включения в ГК отдельного параграфа «Поставка нефти и нефтепродуктов» вследствие специфики и важности связанных с поставкой указанных ресурсов отношений [11, с. 88]. Вместе с тем не всякое договорное отношение, характеризующееся новыми свойствами, требует формирования нового договорного института. Необходимость в его создании возникает только в том случае, когда новый признак приобретает правовое значение, то есть требует законодательного отражения [20, с. 68-69]. При поставках нефти такого признака (признаков) мы не находим 2, в связи с чем полагаем достаточным для придания упорядоченности рассматриваемым отношениям исключить из ст. 548 ГК отношения по снабжению через присоединенную сеть нефтью и нефтепродуктами, одновременно закрепив на уровне федерального закона положение о распространении на отношения по поставке нефти и нефтрепродуктов трубопроводным транспортом положений параграфа 3 гл. 30 ГК, конечно, с учетом специфики таких отношений3.

Но не все авторы придерживаются данной точки зрения. Например, А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой договоры снабжения нефтью, нефтепродуктами относят к договорам энергоснабжения и указывают на необходимость применения к ним положений параграфа 6 гл. 30 ГК. Такой же позиции придерживается Н.И. Клейн [9, с. 118].

Однако отнесение договора поставки нефти и нефтепродуктов к договору энергоснабжения требует применения правил о публичном договоре к договорам, заключаемым любыми поставщиками нефти и нефтепродуктов, не ограничиваясь теми, которые занимают доминирующее положение на соответствующем рынке, что не соответствует рыночной модели взаимодействия самостоятельных хозяйствующих субъектов в условиях конкуренции, а также Энергетической стратегии России на период до 2030 г., утвержденной распоряжением Правительства РФ от 13 ноября 2009 г. № 1715-р [21], и, таким образом, необоснованно ограничивает гражданские права независимых поставщиков нефти, указанное положение не занимающих.

Тенденция к признанию таких договоров публичными прослеживается и в практике антимонопольных органов. Так, с целью предупреждения нарушений антимонопольного законодательства, а также для обеспечения баланса интересов поставщиков и покупателей топлива Федеральная антимонопольная служба разработала проект типового договора поставки топлива [7].

Однако указанные меры следует признать неправомерным вмешательством антимонопольных органов в гражданский оборот, поскольку такое ограничение гражданских прав возможно либо на уровне федерального закона в силу ст. 1 ГК, либо на основании п. 4 ст. 426 ГК (в случае отнесения договора поставки нефти и нефтепродуктов к числу публичных).

Таким образом, аргумент о необходимости признания договоров поставки нефти и нефтепродуктов трубопроводным транспортом договором энергоснабжения в целях возможности предоставления покупателям нефти тех гарантий, которые предусмотрены для потребителей в рамках любых публичных договоров, не выдерживает критики, поскольку при охране интересов одних хозяйствующих субъектов (покупателей) будут нарушаться законные интересы других субъектов (поставщиков нефти, не занимающих доминирующее положение на рынке).

Вместе с тем особенностью рынка нефти и нефтепродуктов выступает его олиго- польный характер [12; 22]. Вертикально-интегрированные нефтяные компании занимают основную долю на всех сегментах рынка: добыча и переработка нефти, хранение, оптовая, мелокооптовая и розничная реализация нефтепродуктов. Доступ независимых участников рынка к перерабатывающим мощностям и инфраструктуре рынка нефти и нефтепродуктов затруднен [14]. Как верно отмечает К.М. Беликова, к числу недостатков структур, интегрированных рассматриваемым образом, следует отнести также наличие в них предприятий, работающих на конкурентных товарных рынках и одновременно находящихся на них в привилегированном положении по отношению к своим конкурентам [3, с. 17].

На защите покупателей нефти и нефтепродуктов от злоупотреблений со стороны хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение на данном рынке, стоит антимонопольное законодательство, в частности Федеральный закон «О защите конкуренции» от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ [24] (далее — Закон о защите конкуренции) (ст. 10), которое далеко не всегда может быть эффективно использовано для защиты нарушенного права в силу трудно- доказуемости фактов злоупотреблений правом. На это обращают внимание современные авторы [1, с. 115-116].

Гражданско-правовым способом борьбы с монополистами выступает, в частности, ст. 426 ГК о публичном договоре.

Если сравнить указанные нормы, можно обнаружить практически зеркальное сходство в используемых в них формулировках. В частности, субъекту, занимающему доминирующее положение на рынке, запрещается необоснованно отказываться от заключения договора с отдельными покупателями при наличии возможности производства или поставок соответствующего товара, установлен запрет на создание дискриминационных условий, в том числе на необоснованное установление различных цен на один и тот же товар.

При таких условиях весьма важным представляется признать на уровне ГК публичным договор по продаже товаров, выполнению работ, оказанию услуг, заключаемый субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке, то есть ввести дополнительный к «характеру деятельности» идентификатор публичного договора — по субъектному составу.

Это выступит весомой гарантией прав более слабой стороны в договоре, заключаемом с хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке соответствующих товаров, работ, услуг, поскольку предоставит ему реальную возможность выбора способа защиты своего права — судебного или административного 4, а также дополнительным фактором, сдерживающим поставщиков от нарушений антимонопольного законодательства при заключении договоров поставки нефти.
Так, для того чтобы потребовать возмещения убытков в случае необоснованного отказа в заключении договора поставки топлива хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке нефти и нефтепродуктов, покупателю не нужно будет предварительно доказывать факт злоупотребления таким субъектом своим доминирующим положением, как того требует ч. 3 ст. 37 Закона о защите конкуренции. На основании п. 4 ст. 445 ГК он будет вправе сразу потребовать их возмещения в судебном порядке, не доказывая факт злоупотребления5.

На основании изложенного можно заключить, что ассимиляция гражданского и административного права в сфере обязательственных отношений способствует повышению эффективности регулирования общественных отношений, возникающих в условиях монополизированного рынка товаров, работ, услуг.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 О.А. Красавчиков ставил природу договора, которым регулируются отношения по возмездной передаче нефти и газа по трубопроводу, в зависимость от того, кому принадлежит титул владельца транспортируемого топлива: поскольку таковой принадлежит субъекту, который одновременно выступает владельцем самого трубопровода — газонефтеснабжающей организации, то и отношения эти по своей природе он относил к отношениям поставки или снабжения (газоснабжения) [22, с. 191].

2 Е.А. Гаврилина отмечает, что особенность договора поставки нефти заключается в том, что ее передача осуществляется через узлы учета объекта нефтедобычи (продавца нефти) и НПЗ (покупателя нефти), подключенных к системе магистральных нефтепроводов [5, с. 18]. Представляется, что данная особенность носит скорее технический, нежели правовой характер.

3 В данном случае абсолютно правильной видится позиция В.В. Витрянского, который отмечает, что такой способ передачи ресурсов (через присоединенную сеть) является лишь технической особенностью исполнения обязательств и сам по себе «не может служить видообразующим признаком, позволяющим выделить самостоятельный тип или даже вид гражданско-правового договора» [4, с. 158].

4 В п. 20 Постановления Высшего арбитражного суда РФ «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» от 30 июня 2008 г. № 30 отмечается: «…право выбора судебного или административного порядка защиты своего нарушенного или оспариваемого права принадлежит субъекту спорных правоотношений. Закон не содержит указаний на то, что защита гражданских прав в административном порядке (путем рассмотрения антимонопольными органом дел о нарушениях антимонопольного законодательства) исключается при наличии возможности обратиться в арбитражный суд или, наоборот, является обязательным условием обращения лиц, чьи права нарушены, в суд».

5 На эту особенность обращает внимание судья Конституционного суда РФ Г.А. Гаджиев, который отмечает, что «применение санкции статьи 10 ГК РФ, причем даже независимо от принятия решения антимонопольным органом, является более логичным законодательным решением, поскольку в основном сфера конкурентных отношений — это сфера гражданско-правового регулирования, для которого характерны меры восстановительные, компенсационные, то есть прежде всего возмещение причиненных убытков» [13]. Такой же позиции придерживаются и отдельные авторы [2, с. 75 — 82; 8, с. 60-64].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Баринов, Н. А. Конкурентное законодательство в прогнозируемой динамике развития / Н. А. Баринов, А. О. Иншакова, М. Ю. Козлова. — М. : Юрлитинформ, 2013. — 176 с.
2. Башлаков-Николаев, И. В. Гражданско-правовая ответственность в сфере защиты конкуренции. Система частных и групповых исков / И. В. Башлаков-Николаев // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2013. — № 7. — С. 75-82.
3. Беликова, К. М. Координация экономической деятельности в свете положений антимонопольного законодательства РФ / К. М. Беликова // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 5, Юриспруденция. — 2015. — № 2 (27). — С. 16-26.
4. Витрянский, В. В. Договор купли-продажи и его отдельные виды / В. В. Витрянский. — М. : Статут, 1999. — 283 с.
5. Гаврилина, Е. А. Система договорных связей на рынке нефти и нефтепродуктов : дис. … канд. юрид. наук / Гаврилина Елена Александровна. — М., 2014. — 244 с.
6. Закиева, О. Г. Правовое регулирование отношений в сфере транспортировки нефти по магистральным нефтепроводам : дис. . канд. юрид. наук / Закие- ва Ольга Геннадьевна. — Екатеринбург, 2006. — 196 с.
7. Интернет-конференция заместителя руководителя Федеральной антимонопольной службы
Анатолия Голомолзина по вопросам разъяснения ситуации на топливном рынке Российской Федерации // Федеральная антимонопольная служба : сайт. — Электрон. текстовые дан. — Режим доступа: http://www.fas.gov.ru/analytical-materials/analytical- materials_30740.html (дата обращения: 11.03.2015). — Загл. с экрана.
8. Иншакова, А. О. Инновационные технологии нефтедобычи: задачи правовой регламентации трансграничного хозяйствования / А. О. Иншакова // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 5, Юриспруденция. — 2014. — № 4 (25). — С. 28-36.
9. Кванина, В. В. Правовые средства защиты частных прав и интересов в антимонопольном законодательстве / В. В. Кванина // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2014. — № 6. — С. 60-64.
10. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / под ред. О. Н. Садикова. — М. : Инфра-М, 1998. — 781 с.
11. Логофет, Д. Д. Договор транспортировки нефти по магистральному нефтепроводу / Д. Д. Логофет // Право и экономика. — 2003. — № 4. — С. 22-27.
12. Минкина, Л. Ш. Поставка нефти и нефтепродуктов: проблемы и перспективы правового регулирования / Л. Ш. Минкина // Российский юридический журнал. — 2007. — № 5. — С. 86-88
13. Олигополия // Большая библиотека: информационный портал. — Электрон. текстовые дан. — Режим доступа: http://www.eng.ruekonomika_ i_ekonomicheskaya_teoriyaoligopoliya_3.html (дата обращения: 20.03.2015). — Загл. с экрана.
14. Особое мнение судьи Конституционного суда РФ Г. А. Гаджиева в связи с Определением Конституционного суда РФ от 15 мая 2007 г. № 370- О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества «Эвалар» на нарушение конституционных прав и свобод положениями пунктов 2 и 3 статьи 10 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», подпункта 4 пункта 1 и абзаца четвертого пункта 3 статьи 28 Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»». — Доступ из справ.-право- вой системы «КонсультантПлюс».
15. Постановление Правительства РФ «Об учреждении акционерной компании по транспорту нефти «Транснефть»» от 14 августа 1993 г. № 810 // Собрание актов Президента и Правительства РФ. — 1992. — № 22. — Ст. 1878.
16. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28 октября 2008 г. № 6273/ 08 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 2009. — № 2.
17. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суща РФ от 26 января 2010 г. № 11479/09 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 2010. — № 6.
18. Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20 сентября 2007 г. № Ф04-6581/2007/38441-А46-21. — Доступ из справ.-правовой системы «Консультант- Плюс».
19. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 22 декабря 2010 г. № КА-А40/1579-10. — Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».
20. Пояснительная записка к проекту федерального закона «Об особенностях оборота нефти и нефтепродуктов в Российской Федерации» // Федеральная антимонопольная служба : сайт. — Электрон. текстовые дан. — Режим доступа: http://www.fas.gov.ru/ legislative-acts/legislative-acts_51040.html (дата обращения: 20.03.2015). — Загл. с экрана.
21. Романец, Ю. В. Система договоров в гражданском праве / Ю. В. Романец. — М. : Юристъ, 2001.- 496 с.
22. Советское гражданское право. В 2 т. Т. 2 / под ред. О. А. Красавчикова. — М. : Высш. шк., 1973.- 456 с.
23. Указ Президента РФ «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-технических объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленнности и нефтепродуктообеспечения» от 17 ноября 1992 г. № 1403 // Собрание законодательства РФ. — 2006. — № 31 (ч. 1). — Ст. 3434.
24. Федеральный закон «О защите конкуренции» от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 2009. — № 48. — Ст. 5836.

Вестник Волгоградского Государственного университета. Серия 5. Юриспруденция. 2015. № 4 (29)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code